Есть рыбка со смешным названием «прилипала». Прилипнет к камню на дне, или к рыбке какой, или к коряге и видит только то, что перед корягой. Больше для неё на свете ничего не существует.
Как-то лягушонок (а он может и в воде быть, и на суше) попытался поделиться с Прилипалой своими впечатлениями о мире. Чего он только не рассказывал!
И о том, что есть небо, и про плывущие облака. И про солнце, и про чирикающих птичек, и про стрекочущих кузнечиков, и про стремительных стрекоз.
Недоверчиво слушала Прилипала, лишь снисходительно ухмылялась.
Но тут лягушонок стал рассказывать о совсем невероятном:
— Выскочил, — говорит, — я однажды на берег и вижу: ходит там великан в трусиках и что-то ищет. Я сначала и не понял, что он высматривает. А потом вижу — головастиков, маленьких лягушат ловит. Тут он меня заметил — и ко мне! Я и утёк в воду.
Ох, как страшно было! Ноги у него не как у лягушек — длинные. Глаза маленькие, да далеко видят. Лапы без перепонок и как змеи извиваются. У меня всё внутри до сих пор дрожит.
Усмехнулась Прилипала:
— Ну и мастер ты заливать! Нет никакого неба, нет никакого солнца, нет и великанов. Всё это выдумки твои, враки. Чем ты мне это докажешь?
— Да ты выберись из тины, вынырни на свет. Ещё не то увидишь!
— И смотреть не хочу, — важно ответила Прилипала. — Что я, бабка тёмная, чтобы в чудеса верить?
Не так ли и душа наша, как эта рыбка: к чему прилепится, так мир и видит, то в неё и входит. Прилепится к тине, так для неё ни неба, ни света нету.