Школ на свете много. А моя – в цирке, и ученики её всё те же: лисичка Дымка, грач Кара, собака Дадон да проказница мартышка Чичи.
Спецшкола! Ведь кто-то учится, чтобы стать биологом, кто-то хочет быть математиком, а кто-то тянется к станкам-роботам. Бывают спецшколы, где изучают иностранные языки. Вот и наша микрошкола специальная. Язык здесь особенный – это язык жеста, в который вложено только одно – доброта, а специальность – зверюшки-артисты.
Стать артистом не просто. Прежде всего необходимо воспитание. Представьте себе: вы пришли на ёлку в цирк, а мартышка резвится, хулиганит; грач только каркает и летает; собака хвост крючком – и ну носиться за лисицей, а та прячется так, что её, плутовку, даже не увидишь. Посмотрят на это зрители да и воскликнут: «Какое же это чудо, какое волшебство! Просто невоспитанные ученики вроде тех, кого в любой школе на переменке встретишь. Мы-то думали – они учёные, дрессированные, а они невоспитанные. Брр!» Я дрессировщик, то есть педагог-воспитатель, который вам кажется добрым волшебником.
Я ищу золотой ключик. Тот, заветный, который может распахнуть любое сердце ученика, и тогда проказница Чичи превратится в прилежницу, а лентяй Дадон станет отличником. А найти этот ключик можно в самой себе, в своём характере. Быть терпеливой, доброй, разумной и помнить завет дедушки Дурова: «Забавляя – поучать!»
Я мечтаю перевоспитать проказницу мартышку Чичи и думаю: «Почему бы сейчас мартышке не заняться уроком труда – полезным притом да и важным». Её я опекаю куда больше, чем других учеников. Одеваю так, что нигде не встретишь уморительней портрета нашей обезьянки. А она этого не ценит и точно специально старается быть неопрятной, доставляя мне огорчения.
«Урок труда! Именно так я и поступлю. Вот костюмчик и утюг. Приятное с полезным, развлечение и труд», – решила я, улыбнулась и сказала:
– Чичи! Ведь ты можешь стать прекрасной ученицей, да нужно для этого совсем немножечко: просто стать серьёзной, аккуратной. Посмотри, Кара перед занятиями приводит в порядок свой костюм – клювом укладывает пёрышко к пёрышку. А Дымка-то как следит за своей шёрсткой! Язычком приглаживает, лапкой расчёсывает. Заметь, ведь никто из них не имеет таких красивых настоящих кукольных костюмчиков, как у тебя, а ещё проворных обезьяньих ручек, как твои, Чичи! Сегодня мы проведём урок труда. Ответственной дежурной будешь ты. Друзья-одноклассники тебе помогут. Садись поближе к звонку. Урок начинается! Сегодня мы поможем привести в порядок Чичин туалет для выступления, а в следующий раз, я надеюсь, она справится сама.
Я прикрыла за собой дверь и стала наблюдать сквозь щёлочку за учениками.
Чичи, почувствовав себя полновластной хозяйкой, села за мой письменный стол, произнесла серьёзную, понятную только ей речь. Дымка прислушалась, а Дадон, растерявшись, бросился за ней. Невнимательный, он, как всегда, ничего не понял и остался ротозеем. Но Дымка, спрыгнув с дивана, тотчас образумила его. «Дежурит Чичи – она и покажет, чем мы будем заниматься на уроке труда», – ясно говорил её вид. Чичи же так и распирало от важности, от того, что сегодня она – самая главная и что наконец-то она докажет: мартышкин труд тоже бывает полезен.
Итак, есть утюг. Все тотчас повернули головы к утюгу. Утюг-то утюг, а пользоваться им как?
Кара закаркал и произнёс слово, которое хорошо знал: «Инструкция!»
Сейчас, сейчас! Чичи переставила утюг на диван и вспомнила, как утром она жевала бумажку и, чтобы избежать наказания от меня, бросила эту бумажку в корзину с мусором. На бумажке было слово, которое произнёс грач.
Скорее, скорее! Инструкция там!
Обезьяна побежала к мусорной корзине, заглянула внутрь, но бумаг было так много, а читать она не умела. Чичи пожевала остатки инструкции и решила сравнить каждую бумажку из корзины на вкус.
Инструкция лежит в коробке, а не в мусорной корзине!
Кара включил лампу, но, увы, как он ни листал книжечку, ничего не мог понять, ведь инструкция была написана человеческим языком. А грач всего-то знал несколько слов, из которых было ясно только одно: «инструкция».
И снова все окружили утюг. Чичи расправила джемперок, а мудрая Дымка, набрав воды из тазика, попыталась сделать то, что делала я, проглаживая Чичино бельё и пелёнки: целым фонтаном брызг обдала утюг и джемперок. Утюг зашипел, и тотчас Дымка, Дадон и Чичи бросились врассыпную.
«Кар, кар, кар! Глупые!» – возмутился Кара и стал клювом передвигать утюг. Передвинет – посмотрит. И ещё раз. Джемперок становился всё краше, а Чичи задумчивее.
Ей так хотелось отличиться! Увы, шипящий утюг и отлично выглаженный грачом джемперок доказывали, что она не справилась с утюгом – с уроком труда. И всё же я похвалила обезьянку, ведь, почувствовав доверие и ответственность, она впервые забыла о проказах, и, понимая это, я первый раз оставила учеников одних, спокойно покинув школу.
Урок труда – урок жизни, где воспитывается характер, и не важно, кто это – человек или мартышка Чичи.