Рассказ Александра Сергеевича Баркова
Лесник Фрол Захарович Ветров, Захарка – так все величали его, в девяносто лет вышел на пенсию, поселился в деревне Маковке и славился на всю округу своими рассказами.
Повстречался я с ним раз у колодца, куда, по народному преданию, лиса на водопой ходила, и услышал такую историю.
— Про лису говоришь… А вот какой случай однажды выдался. Ну прямо как в басне «Ворона и Лисица»… Я сам тому свидетель…
Бежала, значит, лиса-огневка по опушке. Вдруг слышит, в ельнике больно вороны переполошились, раскаркались… Прямо как на базаре: кричат, спорят о чем-то, ругаются!
Плутовка остановилась, призадумалась: уж очень высоко примостились носастые. Достать их мудрено. Прокралась кума на соседский лужок. Легла на спину. Растянулась. Мертвой, значит, прикинулась.
Вскорости воронам надоело каркать. Кончился, видно, их базар, Снялись и по разным сторонам полетели. А одна в аккурат на ту лужайку села. Глядит и дивуется: лиса долго жить приказала!
Каркнула носастая во все горло. Оповестила, И мигом к ней товарки пожаловали. На неподвижную лисицу глаза пялят, дивуются. А та ни ухом, ни хвостом не шелохнет. Дохлая, да и только!
И тут одна серая набралась храбрости. Села прямо куме на хвост и давай его теребить.
А плутовка только того и ждала. Глаз прищурила, примерилась… и цап-царап ворону! Да, вишь ты, у лисы промашка вышла. В басне-то ворона без сыра осталась, а тут — без хвоста!