Эдуард Шим
Шёл Морозко первый раз по лесу и ноги промочил. На земле ещё осенние лужи были, в болотах – воды полно, а лесные озёра от ливней даже из берегов вышли.
А у Морозки ноги в валенках. Неспособно шлёпать.
Зачихал Морозко, носом захлюпал. А потом рассердился и начал рукавицами друг о дружку похлопывать. Как хлопнет – так ледяная крышка готова.
Для луж – маленькие крышечки понаделал.
Для болот – побольше крышки.
Для прудов и озёр – совсем большие крышки, крепкого зелёного льду.
Взял их Морозко в охапку и пошёл воду запечатывать.
– Сейчас, – говорит, – всю эту слякоть прикрою.
Наклонился над лужицей, крышечку примеривает.
А из лужицы слабенькие голосишки:
– Морозко, Морозко, не запечатывай лужу, не опускай крышечку!
Смотрит Морозко, а в луже всякой живности полно: тут и жуки-плавунцы, и жуки-водолюбы, и жуки-вертячки, тут водяные паучки, блошки да личинки… Снуют-суетятся!
– Хватит! – сказал Морозко. – Отжили. Всем вам крышка!
Примерился – хлоп! – и вмиг лужу запечатал.
Дальше идёт. К болоту выбрался.
– Сейчас, – говорит, – и здесь подберу крышечку!
А из болота голоса слышны:
– Морозко, Морозко, не опускай крышку, не запечатывай болото!
Глянь – и тут жителей полно: лягушки, тритоны, улитки копошатся.
– Хватит! – сказал Морозко. – Отжили. Всем вам крышка!
Примерился – хлоп! – и вмах болото запечатал.
Дальше идёт. На озеро вышел.
– Сейчас, – говорит, – самую большую крышку подыщу!
А из озера голоса слышны:
– Морозко, Морозко, не опускай крышку, не запечатывай озеро!
Глянь – рыб в озере полно. Тут и щуки, и окуни, и пескари, и мелюзга всякая, мальки-сеголетки.
– Хватит! – сказал Морозко. – Отжили! Всем вам крышка!
Примерился, прицелился – хлоп! – и легла на озеро толстая ледяная крышка.
– Вот так! – Морозко говорит. – Теперь моё времечко – по лесам да полям разгуливать. Захочу – помилую, а захочу – так всех погублю!
Похваляется Морозко, идёт по лесу, ледком похрустывает, по деревьям постукивает.
– Я один тут властелин!
И невдомёк Морозке, что все водяные жители живы-здоровы остались.
Жуки да личинки на дно опустились, в мягкий ил закопались.
Лягушки в тину зарылись, улитки вход в раковину известковыми дверцами закрыли.
Рыбы яму отыскали поглубже, улеглись рядком, спят.
А для тех, кто не спит, люди прорубь во льду устроили.
– Дышите себе, – говорят, – на здоровье!
Конечно, не слишком весёлое житьё подо льдом. Но ничего. До весны дотянуть можно.
А весна придёт – все Морозкины крышечки распечатает!