Якутская народная сказка
Шел путем-дорогой старик и нес с собой слиток золота величиной с конскую голову. Где он его добыл – неизвестно, куда и зачем шел – тоже неведомо.
Долго ли, коротко ли шел путник, уставать начал. Видит, навстречу ему – всадник.
Поздоровались, разговорились. Старик попросил:
– Продай мне своего коня!
– Не продаю, – ответил всадник. – Самому нужен.
– Я за него тебе слиток золота величиной с конскую голову дам.
– Ну ладно, так и быть, – согласился всадник. Отдал старик золото. Сел на коня, поехал. Но коньоказался необъезженным, с норовом, того и гляди, ски-нет. Неспокойно было ехать на нем старику.
Долго ли, коротко ли он так промаялся, видит: навстречу едет человек на быке.
Спешились, поздоровались, обмениваются новостями. Старик говорит:
– Давай меняться: ты бери моего коня, а я – твоего быка.
Странным показался такой обмен владельцу быка, – Это почему же ты хочешь меняться?
– Человек я старый, а конь еще как следует не объезженный, дурит, трудно мне с ним управляться.
– Что ж, давай поменяемся.
Поменялись они, сел старик на быка, дальше поехал.
На быке ехать было куда спокойнее. Но шел бык так медленно, переступал с одной ноги на другую так лениво, что после быстроходного коня старику казалось – он не едет, а на месте стоит. Этак, пожалуй, лучше пешком идти.
И только так старик подумал – видит, навстречу идет человек и ведет на веревке корову.
Поздоровались, поговорили.
– Давай менять корову на быка, – предлагает старик.
– Почему же ты отдаешь такого большого сильного быка за мою коровенку?
– Уж очень тихо он ходит. Я лучше буду сам вести корову, доить ее и пить молоко.
– Ладно, давай поменяемся. Поменялись.
Повел старик корову, а та оказалась упрямой, строптивой, идет-идет, да и остановится.
Долго ли, коротко ли он ее так за веревку тянул, видит – навстречу идет человек и ведет молоденькую двухгодовалую телочку. И такой-то она показалась старику смирной и послушной, так-то понравилась, что, едва успев поздороваться, он сразу же предложил:
– Давай менять корову на телку!
Удивительным показалось встречному такое предложение. Менять корову на телку – да где это видано, где это слыхано?! Переспросил он с усмешкой:
– Ты и в самом деле хочешь поменяться?
– Корова попалась уж очень упрямая.
Второй раз владелец телки переспрашивать не стал. Поменялись.
Повел старик так понравившуюся ему молоденькую телку, а та как начала играть да взбрыкивать – не удержишь. Измучился он с ней еще больше, чем с коровой.
Идет, идет и видит: человек ведет на поводке не большого теленка.
Поздоровались, поговорили самую малость, и старик свое:
– Давай меняться: ты бери мою телку, а я – твоего теленка.
– Почему ты думаешь, что теленок лучше двухгодовалой телки? – спросил владелец теленка.
– Может, и не лучше, да телка уж очень неспокойная, никак не могу с ней управиться.
– Ну, если так – что ж, давай обменяемся. Обменялись. Старик повел теленка, да недалекоувел: теленок-то был моложе телки, а значит, и играть, прыгать да, задрав хвост, бегать ему захотелось не меньше, а даже еще больше, чем телочке. Вконец измотал старика теленок, белый свет стал не мил.
Видит старик: навстречу человек идет, и никакой скотины с ним, только на плече топор несет: «Слава богу, поменяю теленка на топор и вздохну спокойно».
Владелец топора тоже немало удивился:
– Почему отдаешь теленка за топор?
– Молодой, глупый, взбрыкивает, никакого сладу мне, старику, с ним нет.
– Ладно, давай поменяемся.
Поменялись. Положил старик топор себе на плечо и такое облегчение почувствовал, что и сам не хуже молодого телка по дороге побежал, только что не взбрыкивал.
Однако же чем дальше он шел, тем топор ему казался тяжелее и тяжелее. Начал старик уставать, пошел медленно, нога за ногу.
Идет он так, идет, видит: человек навстречу шагает. Поздоровались, присели отдохнуть. И видит старик, что у человека на поясе красивый нож в ножнах. «На кой черт мне эту тяжесть носить, – подумал он про свой топор, – обменяю-ка я его на нож».
– Хочешь, приятель, сменить нож на топор?
– Давай посмотрим, что за топор.
– Топор что надо, стоит и ножа и ножен.
– Ладно, отдаю с ножнами.
Поменялись, разошлись. Засунул старик нож с ножнами за голенище торбазов, идет, и после топора легко ему идется.
Однако же долго ли, коротко ли он так шел, стал ему нож натирать ногу. Вытащил старик нож из-за голенища, взял в руку. Но и руке он оказался в тягость.
Дальше идет старик и видит впереди женщину. Догнал ее, поздоровался, поговорили. Потом показывает ей нож:
– Продаю, не купишь ли?
– На что я его куплю, – отвечает женщина. – У меня ничего нет, кроме вот этой иголки.
Обрадовался старик:
– Очень хорошо! Будет чем одежду чинить. Взял он иголку с ниткой, воткнул в отворот своегозипуна и довольный пошел дальше. Уж легче иголки-то вряд ли что можно найти!
Шел он, шел и дошел до холодных краев, где снегу было выше колена. На каком-то месте споткнулся старик, провалился в снег, а когда встал и отряхнулся, вспомнил про иголку.
– Постой, постой, кажется, сюда я ее воткнул, куда же она запропастилась?
Искал-искал, да так и не нашел: непростое это дело – найти в снегу иголку!
Сел старик прямо на дорогу, загоревал. Было у меня большое богатство – слиток золота величиной с конскую голову. Да, говорят, если богатство нажито нечестным трудом, все равно от него никакого проку не бывает. Вот и у меня ни за что ни про что ушло из рук все богатство, даже последнюю иголку потерял… Долго, говорят, сидел старик на дороге и горевал.