Сергей Баруздин
Как-то на одной выставке я увидел любопытную скульптуру. Это была голова собаки, вырезанная из дерева, — очень забавная и совсем как живая. Большие висячие уши, морда, покрытая густой шерстью, маленькие, чуть с хитринкой глаза, кончик языка, смешно вывалившийся из полуоткрывшейся пасти.
Под скульптурой я прочел название: «Топка».
Я с интересом рассматривал голову собаки и вдруг заметил, что морда ее кем-то покусана. На дереве были следы зубов, а конец уха, видимо, подклеен.
«Занятно! — подумал я. Кто же мог покусать деревянную собаку?»
Может быть, я и не вспомнил бы об этом, если бы не случайная встреча.
Шел я недавно по улице и встретил человека с собакой, которая показалась мне знакомой.
— Простите, это же у вас Топка? — спросил я.
— Топка, Топка, — ответил незнакомец. — Наверное, вы портрет ее видели на выставке?
И верно, Топка была очень похожа на свое деревянное изображение. Даже то, что у нее были короткие ноги и лохматый маленький хвост, меня не удивило. Именно такой я и представлял себе Топку.
Я сказал об этом хозяину Топки и, видимо, обрадовал его.
— Мне это приятно слышать. Кажется, работа удалась, — сказал он и тут же весело добавил: — А вот Топка по-своему мои труды оценила…
— То есть как по-своему — не понял я.
— Да вот как. Когда сделал скульптуру, отошел я в сторону, чтобы на нее взглянуть. А Топка, негодница, цап в зубы свой же портрет и давай с ним по всей мастерской гоняться. Рычит, лает, никак отдавать не хочет. Весь искусала, конец левого уха оторвала. Пришлось потом все подправлять, подклеивать…
Пока мы разговаривали, Топка смотрела на нас одним прищуренным глазом. Вид у нее был довольно смущенный, словно она хотела сказать: «Очень глупо вышло — сама себя покусала».