Басня Жана де Лафонтена
Не менее Котов самих
И Ласок храбрая порода
Врагом крысиного народа
Всегда была, и между них
Наверно бы опустошений
Она наделала больших,
Когда бы двери их владений
Так узки не были везде,
Что помогало им в беде.
В одну несчастную годину
Обилен был крысиный род,
И на врага в тот самый год
Свою громадную дружину
Повел крысиный царь Крысяк.
Но не дались враги впросак:
Взвились знамена боевые,
И Ласки двинулись в поход;
Кипели схватки роковые,
Но был неведом их исход;
Тускнели всюду луговины
От крови доблестной дружины.
Крысиный род, в конце концов,
Лишившись множества бойцов,
Понес повсюду пораженье.
Напрасно грозный Крохобор,
И Хлебный Тать, и Кусобор
Врагов своих в пылу сраженья
Пытались выдержать напор;
Смятение царило в стане,
Бежали в страхе с поля брани
И командиры, и бойцы,
Князья же все легли на месте.
Спасались в норы беглецы,
Забыв о долге и о чести.
Вся эта мелкая орда
Простых людишек без труда
Пролезла в узенькие норы,
Но в них застряли господа:
Из перьев пышные уборы,
Носимые на страх врагам,
Размеры шлемов их и касок
Их сделали добычей Ласок:
Не встретилось отверстья там,
Достаточно широкой щели,
Куда б они пройти успели,
И Крыс значительных тела,
Подобно листьям, без числа,
Усеяли собою поле.
Помехой служит поневоле
Чрезмерно пышный наш убор
И причиняет замедленье.
Вся мелкота с давнишних пор
Привыкла ждать себе спасенья,
В нору юркнув без затрудненья;
А те, которые крупней,
Застрянут в ней.