Сорока-сплетница – короткая сказка на ночь

Лиса, осёл и кукушка привели на суд ко льву сороку.

Лев зевнул, надел очки и сказал:

– В чём провинилась сорока?

Лиса сказала:

– Сорока распустила про меня слух, что я бесхвостая. Я подумала: задеру-ка хвост повыше, все увидят, что хвост у меня есть, и не станут больше надо мной смеяться. С тех пор я так и привыкла ходить. Охотники меня издалека видят. И каково мне теперь, уважаемый судья, без хвоста жить, посудите сами!..

Лиса положила на стол перед львом хвост, весь подпалённый и пробитый дробью. Лев поправил очки, внимательно осмотрел его, вздохнул и сказал:

– Какой был пышный хвост! Такого, как у лисы, хвоста ни у одного зверя не было!

Лев повернулся к сороке и спросил:

– Ты зачем лгала?

– Откуда я знала, что у неё такой пышный хвост? Ошиблась я, простите меня! – ответила сорока.

– Говорить то, чего не знаешь, значит, – сплетничать! – сказал лев.

Осёл сказал льву:

– Сорока оклеветала меня, будто я безголосый. Я подумал: буду реветь погромче да почаще, пусть все знают, какой у меня громкий и прекрасный голос. Я реву, реву, а хозяин на меня сердится и палкой бьёт! А каково мне это терпеть, уважаемый судья, посудите сами!

Лев поправил очки, оглядел бока осла и сказал сороке:

– Когда осёл в деревне ревёт, меня в этом дремучем лесу дрожь пробирает! Зачем ты лжёшь?

– Мне сказали, что осёл безголосый. Ошиблась я, простите меня! – ответила сорока.

– Мало ли что говорят, – заревел лев, – сама не слышала – молчи! Сплетница!

– А чем тебя сорока обидела? – спросил лев кукушку.

Заплакала кукушка:

– Она выдумала, что я своего гнезда не имею, что я и одного яйца не могу снести! И с тех пор я каждую весну в чужие гнёзда свои яйца кладу, чтобы все птицы знали, что сорока лжёт. И как же мне, несчастной, живётся с тех пор!.. Мои дети по чужим гнёздам растут, и песен я с горя давно не пою, только плачу: “Ку-ку! Ку-ку! Ку-ку! Ку-ку!” Лев взревел на сороку:

– Ах ты лгунья! Житья от твоих сплетен никому нет! Вытянуть её короткий хвостишко, да подлиннее, чтобы все звери и птицы, как её увидят, помнили, кто она такая!