Дочь пастуха — узбекская народная сказка

    Узбекская народная сказка

     
    Сказкам-былям счету нет, жили-были много лет, далеко, совсем в глуши, где густые камыши, где водились звери, птицы, сизокрылые синицы, и красавец с крепким клювом, красноперый кыргаул*. Серый волк-бакаул**, ханской кухней ведал он, а лисица-ясаул*** на посылках бегала; ворона-вещунья, знахарка-колдунья, воробей-советник, ябедник и сплетник…
    Это только присказка, шутка-прибаутка, хочешь слушать — подожди, сказка будет впереди.
    Жил-был когда-то в далекой стране пастух. Жена у него умерла, оставив ему одну-единственную дочку.
    Вскоре пастух женился на вдове. Новая жена привела в дом свою дочь.
    Злая мачеха издевалась над падчерицей. Свою дочь она каждый день кормила сдобными лепешками, а падчерице давала кусок черствого хлеба и заставляла выполнять всю тяжелую работу в доме.
    У девочки от родной матери осталась корова да петух с курицей.
    Мачеха каждый день прогоняла девочку в поле и, дав ей целую охапку хлопкового волокна, наказывала: «Паси корову да напряди ниток».
    Где-нибудь в поле, поставив перед собой прялку, девочка принималась за работу. День-деньской она пряла нитки, в полдень быстро съедала кусок черствого хлеба,размочив его в воде, и снова пряла до захода солнца. Но никак не успевала она напрясть и половины пряжи.
    [Кыргаул — фазан.
    Бакаул — лицо, ведавшее кухней в ханском дворце.
    Ясаул — исполнитель приказаний.]
    Мачеха била бедняжку, таскала ее за волосы, щипала до синяков.
    Пастух во всем потакал жене и боялся заступиться за родную дочь.
    Однажды девочка сидела в поле и пряла, присматривая за коровой. Вдруг налетел сильный ветер, подхватил хлопок и унес.
    Девочка побежала за хлопком.
    Бежит она следом. Только захочет схватить хлопок, как ветер снова подхватывает его и гонит все- дальше и дальше.
    Бежала, бежала бедняжка, а ветер дул все сильней, унося хлопок в сторону высоких холмов, и, наконец, загнал его в пещеру.
    Девочка вбежала в пещеру, смотрит, а там сидит седая старушка с приветливой улыбкой на лице. Это была добрая волшебница.
    Приложив руки к груди, девочка сказала:
    — Здравствуйте, бабушка!
    — Здравствуй, здравствуй, дочка, иди-ка сюда! Какая беда стряслась над твоей головкой?— участливо спросила волшебница.
    Девочка все рассказала. Волшебница и говорит:
    — А ты, детка, не печалься, скорми своей корове хлопок, который дала тебе мачеха, а потом из ее вымени тяни нитки и сматывай з клубок.
    Волшебница погладила девочку по голове и добавила:
    — Если свалится на твою голову еще какое-нибудь трудное дело, приходи ко мне. Я сделаю так, что трудное станет легким.
    Не чуя под собой ног от радости, побежала девочка к корове и скормила ей весь хлопок. Потом стала тянуть из вымени нитки, словно доила корову. Нитки тянулись тоненькие, ровненькие.
    В один миг девочка надоила много-много ниток, смотала их и принесла мачехе. Мачеха злобно напустилась на неё:
    — Почему поздно пришла? Поди вычисти коровник, подмети двор!
    С той поры девочка каждый день справлялась с работой. Сколько ни даст мачеха хлопка, девочка весь спрядет, смотает в клубочки ровненьиие нитки и приносит домой.
    Теперь девочку не за что было ругать, бить. Мачеха стала допытываться, почему она прядет так быстро нитки и, наконец, подкараулила.
    Смотрит, что за чудо — девочка из вымени коровы нитки вытягивает. Колдовство какое-то.
    — Так я и знала, все дело в корове,— сказала мачеха. Стала она уговаривать мужа:
    — Уж очень хочется мне говядинки покушать, так и тянет… Если можно, зарежьте для меня корову.
    А пастух говорит:
    — Ладно.
    Зарезал он корову, тушу освежевал и разделал — отделил голову и ноги, порубил кости, разрезал мясо.
    Бедная сиротка с плачем пошла к доброй волшебнице и все ей рассказала.
    Волшебница погладила девочку по голове и говорит:
    — Не плачь, детка, иди домой да собери кости и ноги, шкуру и кровь коровы и зарой где-нибудь в укромном месте. Придет день, когда все это тебе пригодится.
    Девочка пошла домой и сделала так, как научила ее добрая волшебница.
    Однажды мачеха нарядила свою дочку, нарумянила, напомадила и собралась с ней на праздничный пир во дворец шаха. Перед тем как уйти, мачеха насыпала решето риса и решето мелкого гороха, смешала все и, поставив перед девочкой, сказала:
    — К моему приходу, чтоб ты выбрала все по зернышку, рис отдельно в одно решето, а горох — в другое.— Дала она девочке подзатыльник, закрыла дверь и ушла. Были у девочки петух и курица, оставшиеся от родной матери. Когда бедняжка сидела над решетом и плакала, петух и курица подошли к ней и принялись клевать. Но они не глотали зерна, а клювами перекладывали рис в одно решето, а горох — в другое и так по зернышку-по зернышку быстро отделили горох от риса.
    Девочка обрадовалась и побежала к доброй волшебнице. Выслушав ее рассказ, волшебница погладила девочку по головке и сказала:
    — Подожди немного, детка, сейчас придут мои дочери, четыре красавицы — пери. Ступай-ка ты с ними на пир в шахский дворец, я отпущу их с тобой. Но сначала ты пойди и откопай зарытые тобой коровьи ноги, голову и шкуру, посмотри, какая там тайна..
    Тут, откуда ни возьмись, подходят четыре прекрасные пери и почтительно приветствуют волшебницу.
    Дочь пастуха пошла с ними домой, разрыла яму, смотрит, а там вместо коровьей шкуры золототканная шуба. Копыта превратились в сапожки да такие красивые, словно лодочки, а кровь стала шелковым платьем, и кости—кораллами, алмазами и жемчугом.
    Четыре пери нарядили девочку, накинули на плечи золототканную шубу. Лицо девочки сияло, как луна в полнолунье, что бывает в четырнадцатую ночь. Ну, словом, стала она такой красавицей, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
    Отправилась девочка на пир в сопровождении дочерей волшебницы.
    Распорядители пира подумали, что прибыла царевна из какой-нибудь страны, приняли ее с уважением, подхватили под руки, повели в главный зал и усадили на почетное место. А мачеху с ее дочерью никто не приглашал, они так и остались стоять у порога.
    Девочке стали подносить самые лучшие кушанья: и леденцы, и всякие сласти, вместо хлеба — сладкое печенье, вместо воды — прохладный шербет.
    Когда кончилось угощенье, девочка вышла из-за стола и, протянув мачехе остатки, сказала:
    — Возьмите и скушайте!
    Мать не узнала свою падчерицу, с радостью схватила подачку, дала немного дочке, и стали они есть.
    Девочку провожали с пира с большим почетом.
    Побежала она домой, да так торопилась, что один сапожок потеряла.
    Пока мачеха собиралась да шла, девочка уже успела вернуться и как ни в чем не бывало сидела во дворе.
    Но вот пришла мачеха со своей дочерью и давай хвастаться:
    — Ах, сколько интересного мы видели! Какое веселье! Какое угощенье! И чего только мы ни кушали! Была там одна царевна, красавица! Ну как описать ее? Лицом, словно месяц. А речь, словно сахар, да что там сахар, слаще меда! А на столе так много вкусного. Она покушала и, что осталось, нам дала. Мы ели с наслаждением! А ты сидишь, бездельничаешь? Где горох? Где рис? Что ты с ними сделала?
    Девочка вынесла и поставила перед мачехой решето с горохом и решето с рисом. У мачехи от злости дыханье сперло. Она не могла вымолвить ни слова.
    На следующий день утром одна женщина нашла на дороге красивый сапожок.
    — Ну что за сапожок! В жизни не видела я таких красивых сапожков! — удивлялась женщина. Она отправилась во дворец, пошла прямо к шаху и положила перед ним найденный сапожок.
    Шах сказал:
    — Хозяйка этого сапожка, наверно, очень красива
    Потом он приказал своим придворным:
    — Обыщите всю страну, весь свет и найдите мне красавицу — хозяйку этого сапожка.
    Две старушки ходили по домам и примеряли сапожок всем девушкам, но ни одной из них он не пришелся по ноге. Стали они расспрашивать:
    — Где мы еще не были? Чей дом еще остался?
    Им говорят:
    — Еще остался дом пастуха.
    — Пойдем в дом пастуха,— сказали старушки.
    Узнав, что к ним собираются придти старушки, мачеха затолкала падчерицу в печь для лепешек и закрыла отверстие решетом. А свою дочь нарядила, напомадила и показала старушкам.
    Старушки стали примерять сапожок, смотрят, а пальцы даже в носок не входят. Мачеха вертится, суетится, велит дочке и так надеть, и этак примерить, но ничего не выходит.
    Старушки встали и говорят:
    — Ну хватит, пойдемте.
    Они уже хотели уходить, а в это время петух и кури-, да взлетели на печку и заговорили наперебой:
    — Куд-куда, куд-куда? Тут-тут-тут посмотрите. Одна из старушек удивленно сказала:
    — Да разве курица может говорить? Кажется, в тандыре кто-то есть!
    Открыла она тандыр, смотрит, там сидит девушка, прекрасная, как луна. Полюбовавшись ее красотой, старушка стала примерять сапожок, надела на ногу, точь-в-точь, как будто на нее и шили.
    Старушки побежали к шаху и поспешили обрадовать его приятной вестью.
    — Государь, давайте подарки, нашлась красавица, уж такая стройная, изящная, щечки словно яблочко румяное, губки алые, ротик маленький, с наперсток, а глаза, как звездочки ясные в темном небе, так и горят, так и вспыхивают, ну и красавица!—расхваливали они девушку.
    Шах подарил обеим старушкам дорогие обновки, велел одеть их с головы до ног, а сам стал готовиться к свадьбе.
    Злоба бушевала в душе у мачехи, душила ее, подступая к горлу. Бросилась она ловить петуха и курицу:
    — Я вас проучу!
    Поймав бедных птиц, она оторвала им головы.
    Наступил день свадебного торжества. Мачеха нарядила дочь в роскошное платье, лицо ей набелила, щеки нарумянила, брови насурьмила, глаза подвела, одним словом сделала все, чтобы только ее дочь понравилась шаху. Закончив сборы в дорогу, мачеха тихонько подкралась к падчерице, схватила ее, выколола оба глаза, отвезла девочку на болото, заросшее густым камышом, и там бросила, а свою дочь проводила во дворец.
    Увидел шах свою невесту и ахнул. До того она была безобразна и противна, что он и глядеть на нее не хотел.
    «Уж видно мне суждено иметь такую некрасивую жену»,— подумал шах.
    Но свадьбу уже откладывать было нельзя.
    Стала дочь мачехи женой шаха.
    В той местности, неподалеку от дома пастуха, жил старый ткач.
    Однажды старик пошел нарезать камышинок для намотки ниток.
    Подходит он к камышам и видит — лежит девочка ничком и горько плачет. Старик подошел к ней и спросил:
    — Ты что плачешь, девочка?
    Девочка рассказала ему обо всем, что с ней произошло.
    Старик сказал:
    — У меня нет сына, ни дочери. Остались мы вдвоем со старухой. Она прядет мне нитки на прялке, а я тку материю. Этим мы живем. Будь нам дочерью.
    Он повел девочку к себе в дом. Старушка очень обрадовалась. Девочка была ласковая, послушная, а старушка лучшей дочери и не желала. Бывало засмеется девочка таким звонким смехом, ну просто душа радуется, а из уст ее сыплются пышные розы, яркие весенние цветы. А если заплачет она, то не слезы льются, а шумным весен-ним дождем сыплется прекрасный сверкающий жемчуг.
    Узнала волшебница о том, что девочка живет у ткача и пришла ее проведать. Девочка звонко рассмеялась, из уст ее посыпались розы. Волшебница, обращаясь к ткачу, сказала:
    — Положите розы в корзинку, пройдите с ними мимо шахского дворца и покричите: «Цветы, цветы, продаю цветы!» Если выйдет жена шаха и спросит, продаете ли вы цветы и сколько они стоят, вы отвечайте: «Продаю не за деньги, а за пару глаз».
    Старик сделал так, как сказала волшебница. Подойдя к воротам дворца, он стал кричать:
    — Цветы, цветы, продаю цветы! Вышла на крыльцо жена шаха и спросила:
    — Сколько стоят ваши цветы?
    Старик ответил:
    — Цветы продаются за пару глаз.
    Жена шаха вспомнила, что в сундуке лежат выколотые у девочки глаза, велела принести, отдала их старику.
    Старик вернулся домой. Вечером волшебница вставила девочке глаза, намазав их целебной мазью.
    Утром проснулась девочка и почувствовала, как глаза у нее сами раскрылись, вспыхнули и засверкали ярким огнем. Заплакала девочка от радости, а из глаз ее, сверкая чудесными огнями, посыпался драгоценный жемчуг. Засмеялась девочка звонким, радостным смехом, и из уст ее посыпались пышные розы и яркие весенние цветы.
    Каждый день старик наполнял корзину цветами и драгоценным жемчугом и носил продавать. Скоро он стал богатым, построил много прекрасных домов, прорыл большие каналы, провел воду в пустыни и степи, засеял и благоустроил новые земли, и степи ожили. Он осушил болота и насадил в них прекрасные сады.
    Однажды шах, объезжая свою страну, увидел, что степи и пустыни стали населенными и благоустроенными, а на высоких холмах построены красивые прочные дома. В садах всюду поют соловьи, воркуют горлинки, в зеленой листве мелькают нарядные попугаи, с ветки на ветку порхают разные птицы, наполняя воздух радостным щебетанием.
    — Кто благоустроил эти места?— спросил шах.
    — Все это сделала красавица-девушка, дочь старого ткача,— ответили люди.
    День и ночь думал шах о дочери ткача. «Лишь бы мне хоть раз посмотреть на нее, а потом будь что будет, если даже я умру, жалеть не буду»-
    Однажды девушка выехала на охоту. Ее сопровождали сорок подруг. Все они ехали верхом, у всех были вороные кони. Девушка охотилась на одном берегу реки, а на другом —охотился шах.
    Шах увидел девушку.
    Пораженный ее красотой, он лишился чувств и упал с лошади.
    Девушка подъехала, привела в чувство шаха и помогла вернуться во дворец. По дороге она обратилась к шаху с просьбой:
    — О государь, если вы сочтете пристойным для себя, то пожалуйте к нам в гости всем своим домом с визирями, с тысячью лучших джигитов.
    — Ладно,— сказал шах.
    В день приезда шаха по распоряжению девушки зарезали сорок баранов и стали готовить разные вкусные блюда. Шаха приняли в роскошно убранной гостиной и начали угощать.
    В полночь девушка вышла к гостям, скрыв лицо свое под белым покрывалом. Взяв в руки дутар, она заиграла и стала рассказывать по порядку о том, что с ней случилось. Окончив рассказ, она сбросила покрывало с лица. Глаза ее вспыхнули, засверкали ярче звезд.
    Пастух бросился к своей дочери, обнял ее и сказал со слезами:
    — Прости меня, родная, я, как слепой, ничего на видел.
    В гневе шах приказал отрубить головы своей жене и теще. Но дочь пастуха стала упрашивать шаха:
    — Оставьте их, не убивайте! Чем казнить, лучше прогоните их, пусть они походят, поживут одни на свете.
    Шах согласился и прогнал жену и тещу.
    Так дочь пастуха достигла своего желания.
     

    Читать другие узбекские сказки.Содержание

    Похожие по теме