Рассказ Александра Сергеевича Баркова
У берега море зеленоватое. Дальше оно чернеет, становится дегтярным, но темнота эта не пугает Диму. Мальчик часами может сидеть на крутом, скалистом берегу, смотреть вдаль и мечтать. Обычно Дима приходит сюда один, а сейчас рядом с ним Славка.
Славка переступает с ноги на ногу, швыряет в море плоскую гальку:
— Пять раз вынырнет…
— У-гу! — соглашается Дима.
Слава размахивается, бросает в море голыш:
— О чем задумался?
Сумерки густеют, переходят в темень. По небу золотым апельсином катится луна. Море вспыхивает огнями, вздыхает и как бы переваливается с боку на бок.
— Слав! Ты когда-нибудь считал огни?
— Да что я, того… Тоже мне выдумал,
— Ничего не выдумал. Просто огни живые.
— Живые?! — Слава поправил съехавшую на глаза кепку, усмехнулся и безнадежно махнул рукой.
Дима надулся и притих.
Далеко-далеко, где не отличишь море от неба, вспыхнул и погас огонек, Дима привстал и крикнул:
— Знаешь, я во-о-он на тот огонек загадал!
— А что будет?
— Увидим,— тихо ответил Дима.
Набежал ветер. Растрепал льняную Димину челку. Обдал ребят колючими брызгами, покачал старые портовые фонари и улетел в море.
Внезапно дальний огонек оторвался от тысячи других, ожил и пополз куда-то своей дорогой. Вот он ближе… ближе… Р-р-раз — и превратился в горящий светлячок, потом померк на миг и тут же вспыхнул огромным ночным солнцем.
— Корабль! — закричал Слава.— Вон гляди… Вон!
— Мой огонек ожил…
— А если я загадаю? — Слава опустил глаза и с опаской спросил: — Сбудется?
— А как же! — кивнул Дима.
И, словно подтверждая слова маленького мечтателя, вдали вспыхнули и побежали новые огоньки. А корабль загудел густо, призывно: «Сбу-у-дет-ся!»